Характеристика изолятов вируса РРСС 1-го типа, циркулирующих в России
Репродуктивно-респираторный синдром свиней (РРСС) остаётся одним из наиболее экономически значимых и трудноискоренимых заболеваний мировой свиноводческой отрасли. Ключевая особенность вируса РРСС (PRRSV), затрудняющая борьбу с ним, — чрезвычайно высокая генетическая изменчивость и скорость эволюции: с момента появления вирус разделился на два основных вида (тип 1 и тип 2), каждый из которых представлен множеством генетических линий и подтипов. Такая гетерогенность имеет прямое клиническое значение — в последние десятилетия зафиксированы разрушительные вспышки, вызванные новыми высокопатогенными штаммами. Выраженный генетический дрейф приводит к тому, что коммерческие вакцины на основе «классических» штаммов обеспечивают лишь частичную перекрестную защиту от современных полевых изолятов.
Информация о циркулирующих в Российской Федерации вариантах вируса РРСС ограничена. Настоящее исследование направлено на выделение и характеристику современных российских изолятов вируса РРСС, а не только на демонстрацию их способности к культивированию в клеточных культурах. Вирус выделяли из клинических образцов, собранных на шести производственных площадках Центрального федерального округа РФ, с использованием первичных культур альвеолярных макрофагов (PAM) и лейкоцитов (PL) свиней при параллельной оценке клеточной линии MARC-145, проводили молекулярно-генетическое типирование и филогенетический анализ для определения эволюционного положения изолятов, а патогенный потенциал одного из них оценивали на экспериментальной модели с поросятами.
В результате исследования были обнаружены пять изолятов вируса РРСС-1 подтипа 2, образующих монофилетический кластер в пределах линии L2, все пять эффективно реплицировались в культурах PAM и PL с выраженным цитопатическим эффектом, тогда как в клеточной линии MARC-145 в исследуемых условиях признаков продуктивной репликации не выявлено. Генетическая кластеризация согласуется с эпидемиологической связью и ограниченной диверсификацией открытой рамки считывания 5 среди отобранных изолятов, однако реконструкция истории интродукции и путей передачи вируса между фермами на основании только данных по ORF5 невозможна и требует полногеномного секвенирования в сочетании с эпидемиологической документацией по каждой ферме. Экспериментальное заражение изолятом РРСС/2025/1/2 вызвало умеренное, не приводящее к летальному исходу заболевание.
Полученные результаты дают первоначальное представление о современных российских изолятах вируса РРСС-1 подтипа 2 и подтверждают целесообразность использования первичных культур на основе макрофагов для выделения вируса, а также указывают на потенциальный риск ложноотрицательных результатов при применении клеток MARC-145 без предварительной адаптации вируса. Авторы подчёркивают необходимость постоянного молекулярно-эпизоотологического надзора за вирусом РРСС в России, включения метода выделения вируса РРСС на основе первичных макрофагов в систему эпиднадзора (при условии более широкой проверки) и проведения будущих исследований антигенных свойств и перекрестной защиты в качестве предварительного условия для разработки вакцины с учётом региональных особенностей.